?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: лытдыбр

дыбр

Всегда приятно в новом году сделать что-то, чего прежде никогда не делал. Ну, скажем, я сегодня в первый раз в жизни пылесосил потолок.
Анна Меликян. Русалка. Русская Амели, имеющая целью всем понравиться. Насколько удалось вообще, трудно сказать, но мне понравилось, равным образом и фестивалям, особенно нашим многочисленным "Фестивалям фестивалей фестивалей", осыпавшим режиссера и исполнительницу главной роли многочисленными же призами. С признанием зрителей пока хуже; у ЖЖ-версии фильма (http://mermaid-diary.livejournal.com/) аж целых 67 френдов. Фильм сделан по самым научным рекомендациям НИИ диетологии: трагизм и комизм, цитатность и оригинальность, реальность и фантазия, романтизм и натурализм смешаны в идеальных пропорциях, украшенные словом "о***тельно", произнесенным ровно один раз. Но особенно удалась Алиса, удивительно очаровательное существо, дефицит которых остро ощущается как в кино, так и в реальности. Конечно, некоторые вещи немного смущают, скажем, не очень вяжется образ задерганного продавца участков на Луне, летящего аж в Волгоград "подписать важный контракт", с роскошным лофтом на Лубянке. Но может быть я просто отстаю от жизни вдали от истоков путинского изобилия. Или боянистый анекдот про "чупа-чупс для удовольствия".

лытдыбр

никаких гендерных проблем, кроме проблем карьерного роста, давно не осталось
*
кроме башни из чёрного дерева есть же ещё яма с гнилой водой. это не следует выпускать из виду. кстати, между башней и ямой нет никакой суши -- и с этим нас, пожалуй, не стоит поздравлять
*
-- пропущено --
*
-- который раз за день спрашиваю совета, но всякий раз в ответ: "небеса сейчас не могут услышать вас". в конце концов допросилась до того, что ответили.
-- ну и?
-- ну, знаешь такую гексограмму -- "отстань, у нас сейчас обед"?
*
-- ну, а ты поставь себя на его место. -- да мне вообще по жизни чужого не надо.
*
-- и тогда она отодвинула холодильник -- а там целое гнездо. И разбегаются -- по ногам, по линолеуму, везде. Она тогда взяла баллончик с серебрянкой и всех их побрызгала -- ничего потом не осталось, всё под серебрянкой, на лопате выносили. А потом этой же серебрянкой покрыла всю арматуру, все трубы, вентиляционную решётку. Тарелки, ложки, вилки. Одежду. Обувь. Всё. Увлеклась, короче.

лытдыбр

...снилось, что несколько раз вытаскивал из головы свой моск и мыл его водичкой. При этом я и сам понимал, что делаю что-то не совсем нормальное. Состояние у человека с вынутым мозгом эйфорическое, перед глазами плавают радужные сияющие пятна, сердце сладострастно трепещет. После промывки мозги заметно лучше соображают.

Ажитация:

К за компом. Входит М с глазами как Круглая Башня.
М: Так когда, ты говоришь, мы едем в Авторник?
К: Второго.
М: (подозрительно) Именно Второго?
К: Да, второго.
М: (очень подозрительно) Именно в Авторник?
К: (удивлённо) Да, именно.
М: (сощурившись) Я ведь могу позвонить и проверить.
К: (очень удивлённо) А в чём, собственно, дело?
М: (очень сощурившись) Нет, ни в чём, но ты уверен, что именно второго и именно в Авторник?
К: Да, именно так, а почему бы и нет? По-твоему, получается слишком много "втор"?
М: (смежив брови) Нет. Ты знаешь, почему.
К: Почему?
М: (с глазами как Круглая Башня) Потому что второе — ЧЕТВЕРГ!!
К: Откуда ты знаешь?
М: (с торжеством и глазами как Круглая Башня) Посчитал!!
К: Может, ты неправильно посчитал? Ты хоть знаешь, какой сегодня день и число?
М: (угрожающе) Я умею считать. (сощурившись) Может, я всё-таки позвоню и проверю?
К: Нет, ты неправильно посчитал. И в чём вообще дело?
М: (лжеуступчиво) Хорошо, сейчас пересчитаю. (берёт карандаш и листок бумаги, считает) Суббота — день Святого Валентина, воскресенье — пятнадцатое (продолжает считать про себя, плюётся, сконфуженно) Тьфу, извини пожалуйста. Действительно Вторник. Я забыл, что сейчас февраль. Я думал — январь...
К: (с глазами как Круглая Башня) Мдаааа.
М: (заискивающе) Извини, я просто забыл, что январь. А в феврале двадцать девять дней. Во всяком случае, в этом... А я посчитал тридцать один, вот у меня и вышел Четверг. А по четвергам читают сам знаешь, где... (ржёт не переставая в течение пяти минут. Затем тишина.)
М: А что такое "ажитация"?
К: "Возбуждение". Это ты у Достоевского такое слово вычитал?
М: Нет, на инструкции к флуоксетину...

Часть предпоследняя

Ну вот, кажется я благополучно пропустил всё, что хотел пропустить, можно переходить к зелёным листьям на белом снегу, но передо мной на столе всё ещё лежит этот чёртов паспорт старого образца, я раскрываю на фотографии, смотрю и прикидываю -- что, не стать ли мне теперь Ольгой Евгеньевной Лебедевой? А она пусть станет мной. Я знаю, Ольга Евгеньевна, что для Вас это будет шило на мыло, Вы, как я понял, изучая Ваш паспорт, счастливая мать, чёрт возьми, четырёх детей от семнадцати до трёх лет, Вы симпатичная женщина, Вы везли в своё Лунёво школьные учебники, книжку про горные велосипеды, весьмааа пристойную водку Старая Москва -- а я? Что, есть у меня четверо детей? Везу ли я им школьные учебники и книжку про горные велосипеды? И пенал с прыгающей картинкой? Нихуя. Нет, Ольга Евгеньевна, я Вам категорически не советую становиться мной, потому что в моём рюкзаке ничего такого не было, и в жизни моей ничего такого не было, я даже родному брату не привёз карамельку, и вообще нифига не привёз, я даже не купил хлеба, когда меня попросили, стыд мне и позор. Лучше верните мне мою личность, состоящую в паспорте, страховом полисе, записной книжке и чёрных очках, потому что ничего другого, что для личности характерно, у меня просто нет.
Так вот, вернёмся к делу, которое на сей раз состоит в получении страхового полиса. Страховые полисы выдают, знаете ли, на Нижней Красносельской, железный мост, ржавые вагонные крыши, великолепные загогулины рельсов, там, знаете ли, прошли первые два года моей жизни, под этими вот рельсами, огромный перевёрнутый бокал Елоховской церкви, а где теперь керамзитные жалкие украшения витрины, возле которой я от удивления уронил ракушечную игрушку, то ли зайца, то ли белку, а в сидячей коляске ездил уже, как большой. Тоненькие-тоненькие глиняные купола над анонимной для меня церковью, где в моей пропитой башке место для вас, где зависнет голубь под черепной коробкой, как дух святой, где -- да полно, я же сам вчера говорил тебе, Кира, что не верю ни во что, кроме своей грёбанной смерти, милая Кира, но это же гораздо после имело место, а пока что мне сказать, чудесная пергидролевая блондинка в очереди, гобеленовый плащ, венецианочка -- хотелось её называть, рисовать на бежевом фоне стен страхового учреждения чистыми-чистыми красками по сырой штукатурке, как в детстве, или как в церкви, всё это бессмысленно, абсолютно бессмысленно и я роюсь в чужом рюкзаке не без надежды, что в очередной раз он обнаружит в себе мои вещи, но вместо этого нахожу чужой школьный блокнотик, первая запись в коей -- "найдите неизвестный член", хм. Ищу. Не могу найти, у меня отказывают мозги. Школьный же дневник, на четверть заполненный серебряной и золотой пастой, да ещё обращение Владимира Жириновского к детям, чтобы учились, познавали мир и жили настоящим -- за подписью. Господь мой, он прав, трижды прав. Я такая сволочь, что роюсь в чужих вещах, читаю чужие письма и сплю с чужими жёнами, а где бы мне золотой и серебряной пастой написать что-нибудь бесконечно милое, что-нибудь таким вот несуразным почерком Лебедева Олега, седьмой Б класс, я страшно боюсь, что Лебедев Олег пороется в свою очередь в моём рюкзаке, прочитает мою повесть, что в альманахе Вавилон, да и сойдёт с ума, не трогай, Олег, не трогай эту книжечку, это не совсем хорошая книжечка, потому что в ней я, оденет мою куртку, откроет мой паспорт, будет шарить у себя под мышками моим дезодорантом, чего доброго курить мои сигареты, седьмой Б -- самое время, станет таким же мудаком, как я -- нет, пусть всего этого не будет, пусть всего этого никогда не будет, я медленно возвращаюсь в свою память о глиняных куполах, о свежей штукатурке, о потерянной шапке, всякий раз я что-то теряю в москве, в первую очередь -- голову, но что же, я ведь вернулся, Инна бранит меня, говорит, что я сукин сын, читает мою повесть, что в альманахе Вавилон, и опять говорит, что я сукин сын, отмечая, впрочем, что "сукин сын" звучит гораздо благозвучнее, чем "сукина дочь", а я ничего не помню, даже того, что ты мне позвонила, прости меня, я уснул, мне приснился сон, я и его забыл, потом мы всё-таки встретились, на пол часа раньше уговоренного, и первая деталь, за которой последовала вся остальная ты, были круглые серебряные серёжки, такие два блестящих шарика, закачавшиеся неожиданно, потому что ведь оставалось пол часа -- но ты ведь русским языком меня просила никогда и ничего про тебя не писать, так чего же я опять про тебя пишу, а потому, что не могу не писать, вот и всё, а скажите-ка, вы, эмэм, всерьёз это всё делаете? Не вы ли, эмэм, говорили мне, что писать про то, как что-то написал, это уже всеми пропользованный приём, что вы, эмэм, Андрэ Жид что ли? Да, говорил. Но отрекаюсь. А не вы ли, многоуважаемое эмэм, говорили мне, что вводить в тексты метатексты -- это уже тоже всеми пропользованный приём и что делать этого уже, пожалуй, и не следует? Да, говорил. Но опять отрекаюсь. Почему же я всё это говорил? Из зависти перед теми, кто умеет вводить в тексты метатексты и писать о том, как что-нибудь написал. Теперь я раскаиваюсь в своём малодушии и говорю вам, дети мои: вводите в тексты метатексты, пишите о том, как что-то написали, и да поможет вам Бог. Если же он вам не поможет, то вы можете и не делать ничего этого, необходимости в этом нет никакой. Так зачем же ты это делаешь, дерьмовое эмэм? Зачем ты пишешь про меня, когда я тебя просила про меня не писать? -- я буду говорить от твоего лица, потому что потерял своё, вместе с паспортом и страховым полисом, вместе с головой, с совестью, памятью и шариковым дезодорантом, но вот в чём штука:
-- Я искала-искала те стихи, о которых ты мне говорил, но не нашла.
Я сначала не понял, про что она. Я подумал, что она пошла по ссылкам на сайте и сказал, что авторы, каковые мной были когда-то рекомендованы, поснимали свои тексты от омерзения, что я дал на них ссылки.
-- Нет, я хочу сказать, что текст, в котором ты меня обижаешь и нехорошими словами называешь, там до сих пор висит, а где те тексты, в которых ты меня называешь хорошими словами и говоришь, что меня любишь?

Latest Month

April 2014
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow