?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Наши любимые стихи:

Елена Фанайлова

Е. Фанайлова в сети: http://vavilon.ru/texts/fanailova0.html

Биология била её как бельё
Молодая крестьянка по белой воде
Выходила к народу Годива в белье,
Как на подиум дикие девки Готье,
Говорила: ничто не моё
Биология била её как в беде
Боевая подруга на белом коне
Раззуделась в плечах, раздавалась в бедре,
Заходилась в душе, как серпом по ботве
Говорила: ОК и харэ.
Здесь ничто не моё и нигде.
Биология била её по щекам,
Что ходила без страха она по щенкам,
Что как шавка вязалась к чужим мужикам
И чужие слова говорила о ком
Загнивающим, гиблым, чужим языком
Биология била её по лицу,
Говорила: расскажет отцу
Комиссар, улыбнись окровавленным ртом,
Пей и сукровицу и кровцу
Христианских младенцев, макая мацу,
Говорила: опять не о том.
Биология била её по губам,
По гонадам и почкам, гоняя пинком,
И под дых кулаком, и под рёбра ребром,
И по горлу расплавленным ей серебром,
Не жалея сомнительной ей красоты.
Говорила: никто, и не ты.
То ли слабое радио шло по волнам,
То ли смертное видео свет пацанам,
То ли, морщась, святые отцы
Радиацию шлют, чтоб не справиться нам,
Прикрывая свинцовой молитвой уды и крестцы.



...Они опять за свой Афганистан
И в Грозном розы чёрные с кулак
На площади, когда они в каре
Построились, чтоб сделаться пюре.
Когда они присягу отдавать,
Тогда она давать к нему летит,
Как новая Изольда и Тристан
(Особое вниманье всем постам)
И в Ашхабаде левый гепатит
Он пьёт магнезию из общего бачка,
Железною цепочкой грохоча,
Пока она читает Отче наш,
Считая дни задержки у врача.
Лечение идёт своей чредой,
И он пока гуляет молодой,
Проводит дни, скучая и дроча
Ефрейтор N., постарше остальных,
Ещё салаг,
Знаток похабных дембельских наук,
Им разливает чёрного вина,
Поскольку помнит не из уставных
Параграфов, а как-то так:
Болезни грязных рук –
Проглоченные пули из говна
Общинный миф и коммунальный ад.
Она же в абортарий, как солдат,
Идёт привычным шагом строевым,
Как обучал недавно военрук
И делает, как доктор прописал.
И там она в кругу своих подруг.
Пугливых стройных ланей и дриад –
Убоина и мясокомбинат.
И персональной воли нет,
А только случай, счастье выживать.
А там в Афгане – пиво по усам,
Узбечки невъебенной красоты
Уздечки расплетали языком.
Их с ветерком катали на броне
И с матерком,
Чтоб сор не выносить вовне,
Перед полком расстреливал потом,
Точней, командовал расстрелом сам
Полковник, – этих, кто волок в кусты,
Кто за косы в кусты волок
И кто насиловал их по кустам,
Афганок лет шестнадцати на вид,
На деле же – двенадцати едва.
Насильникам не больше двадцати.
Родня не узнавала ничего.
И медленно спускался потолок,
Как будто вертолёт, под бабий вой
Теперь они бухают у реки
И вспоминают старые деньки.
И как бы тянет странный холодок
Физическим телам их вопреки.
Теперь любовникам по сорока,
Сказать точнее, мужу и жене.
Ребенку десять, поздно для совка.
Их шрамы отвечают за себя.
Другой такой страны мне не найти.

(Одиссея капитана Блада)
Капитан напивается от любви,
Покуда не получает приказ
Спалить Карфаген, ввезти гексаген, сыграть этот блюз
Согреть небеса, открыть этот шлюз
Мой капитан, выходя на балкон,
Чувствует, как океан
Поднимается до самых глаз,
Восходя до колен/колонн
Он разветвлён и сбивает с ног,
Как JP, MP (P-Passion)
Прижимая наушники к голове,
По невидимым проводам
Капитан сообщит Москве:
Я тебя никому не отдам
Под капитаном огни внизу,
Бочки, мазут, брезент,
И он опять ни в одном глазу,
Как его ни зовут.
Он живой – допустим, ему везёт
И никто не разделит его позор,
Разве что наш президент.
Бог ещё хранит моряков,
Пьянь, синяков,
Всякую шваль, звёздную пыль
Имя Его легион
Нежность Его ураган
* * *
(Egon Schiele. Die rote Hostie, 1911.
Twentieth-Century Erotic Art. Taschen, 1993)
...Все бессмертное счастье Эгона Шиле.
Моментальное фото в жемчужном тепле,
Средь осенния сырости воздух в золе.
На закате Европа, Россия во мгле.
Угловатых коленей крылатый коралл
Наугад этот порноальбом раскрывал.
Отражает читателя млечный овал.
Кто терзался отчаяньем, бился, дрожал,
В тусклом номере казни своей ожидал,
Воробья, задыхаясь, в ладонях держал?
Над коричною розою нежный приап.
Помрачающий пламень неоновых ламп.
Перечеркивал губы трагический кляп.
Вопиющий, израненный, бешеный член.
Никогда не поднимется ангел с колен.
Драгоценная патина, серебряный тлен.
Эротический почерк Фелиц и Милен.
Акварельные складки немого белья
Новобранцы сминают, убого беря.
О, психея немецкая, детка моя!
Голубое свеченье твоих ягодиц,
Двух возлюбленных падших больных голубиц.
Взгляды ростовщиков и повадки убийц.
Эротический почерк Милен и Фелиц.
Папироска, блондинка, подружка солдат,
Забежавшая в мир, где поют и свистят.
Не приманишь ее, не воротишь назад.
Этих девушек в дурно пошитом белье
Совращают мальчишки, ласкают портье.
Обнимают в подъездах, бросают в беде.
Вызывают свидетельницами в суде.
Этих девушек в черном в горящих кафе
Забирают в ночи господа в галифе,
Ожидают свиданий аутодафе.
Эта бедная нежность за пару минут,
Бесконечная бледность на пару монет.
Затяжной, несравненный, бесстрастный минет.
Пальцы гоим по шелковым бродят мыскам.
Вот теперь свою жизнь собери по кускам.
Уходи, моя радость, не стой на ветру,
Я черты твои с зеркала мозга сотру.
То неправда, что смерть хороша на миру.
Где душа соберется в воздушный объем,
Навсегда ты останешься в сердце моем.

Latest Month

April 2014
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow